Заметки на полях: похвала дилетанту

Привет, Ионыч! Неканоническое прочтение хрестоматийного рассказа.

Заметки на полях похвала дилетанту

Одна из моих книжных традиций — чеховский день, который обычно бывает в конце января, ближе к дню рождения писателя. Иногда он сползает на февраль, а в этом году — небывалый случай — на март. Правда, и зима на месяц сдвинулась. Ну, лучше поздно…

Читаю свой четырехтомник строго по порядку, и чаще выпадают малоизвестные или пропущенные ранее рассказы. А тут — хрестоматийный «Ионыч». Однако время идет, и знакомые до боли сюжеты начинаешь видеть под другим углом. У меня обычно бывает много вопросов к АПЧ. Мы с ним всю мою жизнь ведем диалог, и я всё воюю, наскакиваю. Но по Ионычу ограничусь двумя.

А кто сказал, что семейство Туркиных бездарно?

«Если самые талантливые люди во всем городе так бездарны, то каков же должен быть город».

Ионыч и сказал. Это его оценка. Раздраженный, деградирующий, одинокий неудачник. Который никого не любит и которого никто не любит. Надо постоянно помнить, что все едкие пассажи принадлежат не Чехову, автор в стороне, они — из уст Старцева.

Да, он, в отличие от обывателей-бездельников, реализовался в профессии, именно у него вроде бы должен иметься смысл жизни. С одной стороны, помогает страждущим, с другой — состояние сколотил, практическая жилка, не пустой мечтатель.

Но ни смысла, ни полноты жизни нет. А у обывателей Туркиных — есть. Они, как чета Маниловых или старосветские помещики, наслаждаются семейной идиллией. А чего, собственно, плохого в семейной идиллии? В том, что супруги не сражаются сковородками, не делят что-нибудь, не выясняют, кто главный? А продолжают с удовольствием находиться в обществе друг друга, шутят, принимают гостей, любят свою дочку?

Вот у Старцева уже и куча денег есть, и три дома, а этого — нет, и не будет. Потому что он заживо мертв, а они — живые. И он это видит. И все его мысли о них продиктованы банальной завистью, возможно, бессознательно.

Любителя бьют! А за что?

Наступают времена, когда машины реально заменяют людей. Работники, выполняющие рутинные операции, становятся не нужны. В скором времени исчезнет масса привычных профессий. В отдельных странах проводят эксперименты с безусловным базовым доходом. Фактически будет возрождаться институт обывателей!

Давайте взглянем с этого ракурса: ура, небо в алмазах, люди свободны от проклятия труда, а дальше что? Как они распорядятся свободой? Кинутся заниматься саморазвитием, искусствами, науками, спортом? Или будут лежать на диване, есть фастфуд и смотреть сериалы? Вот вопрос.

Современный человек привык потреблять готовые мечты и мысли в виде фильмов, книг, музыкальных записей, и на этом фоне люди из позапрошлого века, которые сами музицируют, играют в самодеятельном театре, устраивают публичные чтения, видятся отнюдь не пошлыми обывателями. Я бы даже сказала, что планка для нас сегодняшних довольно высока. Не все и дотянутся. А ведь речь об обычной провинциальной семье, ничего выдающегося!

Да, они занимаются искусством на любительском уровне. Да, для развлечения, а не для создания высококачественного культурного продукта. Но создают шедевры всегда единицы, а вот без культурной среды шедевры будут никому не нужны. Чем больше таких семей, увлекающихся искусством, тем выше градус культуры в обществе.

Сам АПЧ, кстати, строил у себя в усадьбе больницы-школы-библиотеки, а брат Михаил пишет, что «в домашних спектаклях Антон был главным воротилой».

Хорошее впечатление произвели на меня супруги Туркины! Самые симпатичные, живые, деятельные персонажи. И деньги им к рукам — живут и радуются, и умеют радовать других. Искусство жить.

На дочь не стали давить своим родительским авторитетом, дали возможность учиться, где и чему ей хотелось. Что уж вышло — не их уже ответственность. Не скучают, не брюзжат, не злословят — находят другие занятия. Мамаша трогательная со своими романами (сейчас бы блогершей была!). Папаша, заметьте, не стареет — не разжирел и не обрюзг, как Ионыч (а у этого и фамилия говорящая).

…А в школьном прочтении Туркины были смешными, скучными, придурковатыми…

Автор Татьяна Краснова

Еще о русской классике

А где Куприн?

Репетиция «Трех сестер» и «Вишневого сада»

Заметки на полях социального романа

Еще о чтении и книгах

Летнее чтение

Медленное чтение: долгими зимними вечерами

Комод или книжные полки?

Как я стала буккроссером

Поделиться на:   Facebook  |  Vk  |  Twitter  |  Google+

При перепечатке, указывайте ссылку на vitlive.com