Проза Евгении Перовой

Авторская книжная серия «Счастье мое, постой! Проза Евгении Перовой» — для тех, кому интересна современная психологическая литература.

Проза Евгении Перовой

Писательницу Евгению Перову новичком не назовешь, она известна по сетевым и бумажным публикациям.

Познакомившись несколько лет назад с ее прозой, я была удивлена: как же я могла пропустить такое чудо, как «Ловушка для бабочек» или «Индейское лето»? Почему я раньше не слышала о Евгении Перовой? Где ее книги, я хочу поставить их на свою полку!

Сложившийся писатель со своим голосом, стилем, со своим оригинальным ярким миром.

Свежий, сильный голос. Его хочется слушать еще и еще.

И он не похож на другие голоса в нашей современной, в том числе «женской» литературе.

И вот наконец проза Перовой вышла к широкому читателю. Творчество писательницы представлено в авторской серии, то есть наиболее полно, так, как оно того и заслуживает.

«Я всё равно тебя дождусь!»

Я уверена, что эта книга непременно найдет своих читателей и читательниц — тех, кто любит не просто следить за сюжетом, но и ценит хороший, добротный язык. Кстати, что касается сюжета — любовная, детективная и психологическая линии переплетаются таким образом, что интерес в процессе чтения только нарастает.

Причем автор умудряется взять самую что ни на есть затасканную в литературе схему: «разлучница, разлучница, ты встала между нами» — и при этом так повернуть события и так глубоко занырнуть в подсознание, в психику своих героев, что картина возникает совершенно непредсказуемая. Еще раз напомню про «непохожий голос» и про то, что этот автор идет не проторенными широкими путями, а собственной затейливой тропинкой.

Главные герои романа, Марк и Лидия — умная, волевая женщина и обаятельный мужчина, страдающий от собственного обаяния — тоже движутся по своей жизни, они движутся навстречу друг другу, через непонимание, боль, чудовищные жизненные обстоятельства, порой — на грани невозможного.

Евгения Перова создает достоверные, противоречивые характеры, когда начинаешь считать героев книги живыми людьми и переживать за них, как за своих друзей — а ведь это то, чего мы и ждем от хорошей книги.

«Друг детства»

Роман, который хочется перечитывать. Что я и сделала в своем осеннем отпуске: теплый плед, ароматный чай — и неспешное чтение хорошей прозы, тоже в своем роде ароматной, с утонченной прелестью засушенных цветов и старинных фотоальбомов.

А еще этот роман напоминает детский «секретик», закопанный в земле, с сокровищем под стеклышком.

Как раз такой «секретик» повела смотреть своего нового друга маленькая девочка-толстушка — с этого и начинается их история. Ольга Бахрушина и Саша Сорокин. Пока — Ляля и Сашенька. А бабушка растолковывает внучке: «Ты уже большая девочка, а он еще маленький. Видишь? Ты же не станешь его обижать, правда?»

Обижать друг друга — какая нелепость, они ведь станут лучшими друзьями, и впереди — долгое-долгое счастливое детство и всегда ясное небо. Ляля и Саша будут восемь лет сидеть за одной партой, читать вслух Диккенса и вместе играть в школьных спектаклях.

Саше больше нравилось все переживать вместе с ней, а без Ляльки он и половины не заметит и не разглядит, да и вообще с ней веселей. Они так привыкли друг к другу, так тесно приросли один к другому – словно две горошины в одном стручке, и не подозревали, что еще чуть-чуть – стручок лопнет, и разнесет их в разные стороны беспощадный ветер перемен.

Да, впереди не только первые поцелуи в малиннике, но и первое предательство. События, которые покажутся нелепыми, невозможными не только самим героям книги, но и читателю.

Так и хочется запрыгнуть в пространство романа (уже такое обжитое!), вмешаться, помирить этих бестолковых детей, которые сами пока не поняли, что их так крепко связывает — настоящая дружба или настоящая любовь, а может, и то, и другое вместе. Увязнув в самолюбии и гордости, они не ценят этих драгоценных хрупких отношений и готовы расколотить их вдребезги, только чтобы не выглядеть глупо ни друг перед другом, ни перед одноклассниками.

Почему-то ему никогда не приходило в голову, что вся эта ерунда, связанная с Лялькой, которая мучает его и не дает спокойно жить, и есть любовь! Он думал, любовь – это что-то такое… взрослое. Книжное, киношное. Наполовину выдуманное. Ему нравились девчонки – Светка, Жанка, Надя, Катя. Да мало ли их! Они все казались ему одинаковыми и незатейливыми, с ними было очень просто общаться, приятно целоваться и обниматься. С Лялькой же все по-другому: трудно, сложно, больно. Страшно. Слишком остро и горячо. Он задыхался рядом с ней – думал, от ярости. Оказалось… от любви?! Вот это все – малинник, ее детские носочки и растоптанные босоножки, гордый поворот головы, падающая с виска прядь светлых волос, насмешливый взгляд, приподнятая бровь, шестнадцать заброшенных мячей, пощечина – это и есть любовь?!

Как тут опять не вспомнить предостережение бабушки — Ляля и Саша будут обижать друг друга и даже ненавидеть. Вот только не смогут разлюбить. И их первая любовь, их общее детство окажутся сильнее той боли, которую они умудрятся друг другу причинить. По крайней мере, тональность романа, несмотря на все перипетии сюжета, остается светлой, просветленной, более того — поэтической.

И если первая книга серии представляет собой синтез драмы, арт-детектива и психологического триллера, то «Друга детства» хочется сравнить с лирическим стихотворением — нежным, пронзительным.

И лаконичным. Одно из достоинств романа — он художественно емкий, несмотря на небольшой объем. На площадке в 250 страниц автору удается разместить не только историю двух влюбленных, но и целую историю семейства Бахрушиных — семьи главной героини.

Мне очень симпатична такая виртуозность, когда на читательскую голову не обрушивают лавину нескончаемой семейной саги, а лишь показывают некоторые детали, за которыми всё грандиозное здание саги угадывается — словно чуть-чуть приоткрывают щелку.

А вот последняя глава, которой не было в журнальном варианте («Друг детства» публиковался в 2013 году в литературном альманахе «Белый ворон»), стала для меня сюрпризом. Порой к героям романа так прикипаешь, что с ними жаль расставаться, и невольно думаешь, как дальше сложится их жизнь — как раз для таких читателей эта последняя глава. Я, например, восприняла ее как самостоятельный мини-роман — бывают вставные новеллы, а это своеобразный вставной роман. Роман в романе. Оставляющий ощущение, что ничего не закончилось, герои — живые, их жизни продолжаются за рамками сюжета.

«Другая женщина»

Первое впечатление от этой книги — необыкновенная щедрость автора. Под одной обложкой — не один роман, как заявлено, а целых три, потому что каждую часть можно воспринимать как отдельную книгу. Сразу вспомнилось, как в одной полутораминутной пьесе Моцарта насчитали целых семь мелодий. Нормальный композитор написал бы семь отдельных пьес и получил семь гонораров. Бережливый писатель сделал бы то же самое.

Но Евгения Перова так любит своих персонажей — и вместе с ними горюет, радуется, делает открытия, находит настоящую любовь, прорывается к творчеству, побеждает косность и инерцию жизни — в общем, ей не до экономии.

Читателю тоже предоставляется возможность выбрать героя и «поболеть» за него. А выбор такой широкий, прямо глаза разбегаются — столько самых разных характеров, темпераментов, судеб, взглядов на жизнь. Я, например, «болела» за Димку Артемьева по прозвищу Дон Артемио, который как будто по насмешке судьбы родился в неказистом подмосковном поселке, в той среде, где совершенно не воспринимается никакая «утонченность души», а ценятся совсем другие качества.

А вот Лека, которая

гуляет с чужой собакой, потому что у неё больше никого нет: ничего, я сильная… справилась один раз, и сейчас справлюсь… ну, выучу еще китайский язык… или японский…

Или Варька, непарная варежка:

Варька — она удивительная! У каждого свой талант, правда? Таня — архитектор, кто-то скульптор или музыкант, а Варя… Она творит жизнь вокруг себя. Около нее всегда тепло, светло, и пирогами пахнет.

Ирина:

Любовь – словно вода! Одинаковая и разная. Из крана, из бутылки, из родника, в реке, озере, колодце… в море! А дождик? И снег? Это же все – вода! H2O! Так и любовь. Одинаковая и каждый раз другая. И вкус разный.

А в романе — еще целая россыпь героев. И совершенно незаметны ниточки, за которые их дергает автор — как будто и нет никаких ниточек, а есть настоящие живые люди, которые органично живут на страницах.

Не сомневаюсь, что и новые читатели, которые возьмутся за этот роман, получат настоящее, живое удовольствие.

Еще мне нравится, когда писатель дарит маленькие бонусы — в данном случае это стихотворные эпиграфы, которые можно рассматривать и в контексте романа, и сами по себе.

А еще автор, когда работает, подбирает к тексту иллюстрации — портреты своих героев, и делает коллажи. Для вдохновения. Их можно посмотреть на LiveLib) в разделе историй (История создания романа, рассказанная его автором и сравнить со своим внутренним «кино».

«Созданные для любви»

Тяжелая карета подъезжает к усадьбе. Дорога ужасно утомила молодую княгиню на сносях. За каретой верхом скачет князь.

А когда мы уже уютно устроились в пространстве исторического романа, он схлопывается — и оказывается просто картиной. Картиной, висящей в той самой усадьбе, которая чудом сохранилась до наших дней и стала музеем. А девушка-экскурсовод, ведущая рассказ об истории имения, как две капли воды похожа на старинный портрет его хозяйки.

Елена, Онечка, Маняша, Соня, Елена Прекрасная — пять поколений женщин связаны с усадьбой, в судьбе которой отразилась судьба России со всеми войнами и потрясениями. И все женщины передают по цепочке не только редкостную красоту, но и одиночество, и семейную неустроенность.

«Созданные для любви» — еще один роман из серии «Счастье мое, постой! Проза Евгении Перовой». Однако авторское название «Наследство» мне кажется более емким, поскольку нанизывает множество смыслов. А метафоричность — одно из достоинств этой книги, помимо увлекательного сюжета и ярких характеров. Многоплановость романа и в том, что он будет интересен как любителям исторической прозы, так и тем, кто предпочитает книги о современности.

Что касается героинь, то особенно хорошо выписана бабушка — сразу вспоминаются чудесные бабушки и Гончарова, и Горького, и пушкинская няня. И понимаешь, что Евгения Перова тоже получила свое наследство — классическую русскую литературу, атмосфера которой естественно перетекает на страницы ее романа. Тут и Лопахин ошивается, как же без него — и тоже пытается загрести себе и усадьбу, и ее истинную владелицу.

А Лена — последняя в цепочке поколений — становится истинным хранителем музея-усадьбы, бывшего имения княгини, ее пра-пра. Она читает дневники своих родственниц и пытается расплести клубок их судеб — это важно не только для истории, это жизненно важно для нее самой. Чтобы, рассматривая старые снимки и рукописи, увидеть и прошлое, и будущее. И понять, что счастье возможно. Ну и, конечно, что вся Россия — наш сад.

Автор: Татьяна Краснова

Еще о современной литературе

Тень бога

Кто сидит на Олимпе

Тонкий мир

22 романа

Война и мир Елены Голуновой

«Литературный оверлок»: два рассказа

Новый год не за горами

О чтении и книгах

Летнее чтение

Медленное чтение: долгими зимними вечерами

Комод или книжные полки?

Идеальный книжный шкаф: 4 концепции

Как я стала буккроссером

Чтение. Вред или польза?

Поделиться на:   Facebook  |  Vk  |  Twitter  |  Google+

При перепечатке, указывайте ссылку на vitlive.com